Читати статтю українською мовою

Ос­нов­ные идеи

  • Не­ко­то­рые де­ти ощу­ща­ют в се­бе при­зва­ние как внут­рен­ний зов, ко­то­рый не­ук­лон­но ве­дет их к це­ли.
  • Что­бы та­лант рас­крыл­ся, ре­бен­ку не­об­хо­ди­мы вни­ма­ние и под­держ­ка взрос­лых.
  • Если та­лант не­льзя объ­яс­нить ни вос­пи­та­ни­ем, ни ге­не­ти­кой, воз­мож­но, он за­ло­жен в каж­дом из нас еще до рож­де­ния?

Не­ко­то­рые зна­ют с дет­ст­ва, чем бу­дут за­ни­мать­ся всю жизнь. Уди­ви­тель­но, как ма­лень­кие му­зы­кан­ты, вра­чи, спорт­сме­ны уве­ре­ны в сво­их си­лах, ак­тив­ны в осу­щест­вле­нии сво­е­го же­ла­ния. От­ку­да воз­ни­ка­ет та­кая увле­чен­ность?

Санкт-Пе­тер­бург, 1889 год. Вось­ми­лет­няя де­воч­ка жи­вет с ма­мой, ко­то­рая еле сво­дит кон­цы с кон­ца­ми. Но по боль­шим празд­ни­кам ста­ра­ет­ся сде­лать до­че­ри по­да­рок. Од­наж­ды она по­ве­ла ее в Ма­ри­ин­ский те­атр. Да­ва­ли «Спя­щую кра­са­ви­цу». «С пер­вых же зву­ков ор­кест­ра я при­тих­ла и вся за­тре­пе­та­ла, впер­вые по­чувст­во­вав ды­ха­ние кра­со­ты… Этот ве­чер на­всег­да опре­де­лил мою судь­бу», – на­пи­шет по­том ве­ли­кая ба­ле­ри­на Ан­на Пав­ло­ва*.

Бы­ва­ют та­кие судь­бы, в ко­то­рых слов­но за­клю­че­на осо­бая мис­сия. И та­кие де­ти, в ко­то­рых рос­ток на­сто­я­ще­го при­зва­ния толь­ко и ждет мо­мен­та, что­бы об­на­ру­жить се­бя. Как буд­то они «за­про­грам­ми­ро­ва­ны» со­вер­шить что-то, вы­пол­нить не­кую за­да­чу и со­тво­рить из сво­ей жиз­ни за­кон­чен­ное про­из­ве­де­ние.

Го­во­ря о страст­ном же­ла­нии стать кем-то, ча­ще все­го мы вспо­ми­на­ем де­тей-му­зы­кан­тов, вун­дер­кин­дов, ко­то­рые, по­доб­но Мо­цар­ту, с 5 –6 лет на­чи­на­ют про­фес­си­о­наль­но вы­сту­пать на сце­не. Но ран­ний ин­те­рес про­яв­ля­ет­ся не толь­ко к ис­кус­ст­ву. Пред­ме­том страс­ти мо­жет ока­зать­ся что угод­но – на­уки, спорт, ре­мес­ла… Как воз­ни­ка­ет этот та­инст­вен­ный зов?

Дар в на­следст­во

По­рой де­ти в му­зы­каль­ных, ак­тер­ских, ме­ди­цин­ских или учи­тель­ских ди­нас­ти­ях слов­но с рож­де­ния зна­ют, кем они ста­нут. И ка­жет­ся, что их вы­бор предоп­ре­де­лен семь­ей, в ко­то­рой они ро­ди­лись.

Ре­бе­нок дейст­ви­тель­но мо­жет унас­ле­до­вать не­ко­то­рые спо­соб­нос­ти, та­кие как аб­со­лют­ный слух, ма­те­ма­ти­чес­кая или дви­га­тель­ная ода­рен­ность. Но, ко­неч­но, не су­щест­ву­ет ге­на ар­хи­тек­то­ра, вра­ча или ки­но­ре­жис­се­ра.

Же­ла­ние ими стать воз­ни­ка­ет бла­го­да­ря ат­мо­сфе­ре в семье, увле­чен­нос­ти ро­ди­те­лей сво­ей про­фес­си­ей. Ро­ди­те­ли вли­я­ют на ин­те­ре­сы ре­бен­ка, да­же не де­лая это­го спе­ци­аль­но. Ведь у де­тей силь­на по­треб­ность под­ра­жать. Ре­бе­нок «при­ме­ри­ва­ет на се­бя» про­фес­сию ма­мы или па­пы и оста­ет­ся в ней, если она ему нра­вит­ся.

Но не всем по­вез­ло рас­ти в окру­же­нии та­лант­ли­вых взрос­лых, и не всем ро­ди­те­лям уда­лось ре­а­ли­зо­вать свою меч­ту. Вмес­то то­го что­бы при­слу­шать­ся к то­му, че­го хо­чет сам ре­бе­нок, предо­ста­вить ему сво­бо­ду де­лать то, что ему нра­вит­ся, не вме­ши­вать­ся в его вы­дум­ки или, на­обо­рот, ак­тив­но по­мо­гать (если сын или дочь про­сят об этом), не­ко­то­рые ро­ди­те­ли на­вя­зы­ва­ют де­тям собст­вен­ные же­ла­ния.

«Ма­ма, ког­да я вы­рас­ту, я ста­ну бок­се­ром!» – «Бок­се­ром? И ду­мать за­будь! Ты ста­нешь пре­крас­ным вра­чом, как твой отец». В том воз­рас­те (4–6 лет), ког­да ре­бе­нок еще не бо­ит­ся от­кры­то го­во­рить о сво­их меч­тах, он мо­жет столк­нуть­ся с не­га­тив­ной ре­ак­ци­ей ро­ди­те­лей и от­ка­зать­ся от сво­их ис­тин­ных же­ла­ний.

Успе­хи вдох­нов­ля­ют

На увле­чен­ность де­тей так­же вли­я­ет тип мыш­ле­ния, ко­то­рый у них по­сте­пен­но фор­ми­ру­ет­ся. К ху­до­жест­вен­но­му твор­чест­ву – му­зы­ке, жи­во­пи­си, ли­те­ра­ту­ре – ча­ще рас­по­ло­же­ны де­ти с пре­об­ла­да­ю­щим об­раз­ным мыш­ле­ни­ем. Те, у ко­го до­ми­ни­ру­ет ло­ги­чес­кое мыш­ле­ние, уве­рен­нее чувст­ву­ют се­бя при ре­ше­нии тех­ни­чес­ких за­дач.

И с пер­вых же ша­гов в тех об­лас­тях, где не­об­хо­ди­мы эти спо­соб­нос­ти, ин­те­рес бу­дет под­пи­ты­вать­ся успе­ха­ми – каж­до­му нра­вит­ся де­лать то, что по­лу­ча­ет­ся хо­ро­шо. Бла­го­да­ря со­впа­де­нию не­сколь­ких фак­то­ров – пред­рас­по­ло­жен­нос­ти, пер­вых успе­хов, под­держ­ки (или хо­тя бы до­бро­же­ла­тель­но­го нейтра­ли­те­та) взрос­лых – у ре­бен­ка воз­ни­ка­ет ощу­ще­ние, что это дейст­ви­тель­но его де­ло.

Со­кро­вен­ный опыт

И все же, со­гла­си­тесь, труд­но объ­яс­нить толь­ко эти­ми при­чи­на­ми вдруг воз­ник­шее у Ани Пав­ло­вой страст­ное же­ла­ние стать ба­ле­ри­ной.

Од­наж­ды уви­ден­ный спек­такль, слу­чай­ная встре­ча или про­чи­тан­ная кни­га вне­зап­но и на­всег­да мо­гут из­ме­нить судь­бу. У ре­бен­ка по­яв­ля­ет­ся меч­та, ко­то­рая по­сте­пен­но ста­но­вит­ся жиз­нен­ной целью и вле­чет его так силь­но, что весь его даль­ней­ший путь под­чи­ня­ет­ся это­му при­зы­ву.

Де­ти эмо­ци­о­наль­ны и очень чут­ко вос­при­ни­ма­ют все, что про­ис­хо­дит во­круг. Сре­ди осо­бых впе­чат­ле­ний дет­ст­ва есть та­кие, ко­то­рые от­ме­че­ны яр­ки­ми пе­ре­жи­ва­ни­я­ми вол­не­ния, вос­тор­га, удив­ле­ния. Имен­но в та­кие чу­дес­ные мо­мен­ты оча­ро­ван­нос­ти ре­бе­нок от­кры­ва­ет что-то важ­ное для се­бя, что-то очень «свое».

Эти силь­ней­шие эмо­ци­о­наль­ные пе­ре­жи­ва­ния ста­но­вят­ся его со­кро­вен­ным опы­том, ко­то­рый не каж­дый ре­бе­нок отва­жит­ся до­ве­рить взрос­лым. Та­кие мо­мен­ты ча­ще слу­ча­ют­ся, ког­да он предо­став­лен сам се­бе, на­хо­дит­ся в со­сто­я­нии, ко­то­рое можно назвать ми­ну­та­ми ти­хой сос­ре­до­то­чен­нос­ти

Его от­кры­тия пе­ре­жи­ва­ют­ся ре­бен­ком как то, что име­ет к не­му не­по­средст­вен­ное от­но­ше­ние, то, что яв­ля­ет­ся его очень важ­ной частью и ре­зо­ни­ру­ет с его чувст­ва­ми и мыс­ля­ми. И лишь за­тем, по­сте­пен­но воз­ни­ка­ет бо­лее яс­ное по­ни­ма­ние сво­ей меч­ты, сво­е­го при­зва­ния.

Имен­но это про­изо­шло в дет­ст­ве с вы­да­ю­щим­ся уче­ным Кон­ра­дом Ло­рен­цем (Konrad Lorenz).

В кон­це ле­та, во вре­мя еже­днев­ной про­гул­ки, убе­жав впе­ред от ма­те­ри и те­туш­ки, он вдруг услы­шал стран­ные ме­тал­ли­чес­кие зву­ки: вы­со­ко в не­бе ле­те­ла стая ди­ких гу­сей. Ло­ренц поз­же так опи­сы­вал это со­бы­тие: «Мне за­хо­те­лось от­пра­вить­ся за ни­ми. Ме­ня пе­ре­пол­ня­ла ро­ман­ти­чес­кая жаж­да странст­вий, от ко­то­рой серд­це го­то­во бы­ло разо­рвать­ся. И впер­вые – это я знаю точ­но – во мне воз­ник­ло же­ла­ние вы­ра­зить се­бя твор­чес­ки». Кон­рад Ло­ренц стал это­ло­гом, сде­лал не­сколь­ко за­ме­ча­тель­ных от­кры­тий и в воз­рас­те 70 лет был удос­то­ен Но­бе­лев­ской пре­мии.

Но дет­ские увле­че­ния, вы­бран­ные вро­де бы раз и на­всег­да, мо­гут ме­нять­ся. Ка­жет­ся, толь­ко вче­ра сын со­би­рал­ся стать док­то­ром, и вот он уже го­то­вит­ся ид­ти в лет­чи­ки, или дочь меч­та­ла стать фи­гу­рист­кой, но по­че­му-то от­ка­зы­ва­ет­ся учить­ся ка­тать­ся на конь­ках…

Зна­чит, вы­бор еще не сде­лан. Де­ти, дейст­ви­тель­но на­шед­шие свое при­зва­ние, за­ни­ма­ют­ся лю­би­мым де­лом без ус­та­ли.

Они стре­мят­ся к не­му, по­рой на­пе­ре­кор об­сто­я­тельст­вам или во­ле ро­ди­те­лей. Та­кая поч­ти на­вяз­чи­вая тя­га – один из са­мых яр­ких при­зна­ков ра­но опре­де­лив­ше­го­ся при­зва­ния. Чем боль­ше увле­чен ре­бе­нок, тем яс­нее он чувст­ву­ет и от­ста­ива­ет свой путь. И тем силь­нее нуж­да­ет­ся в по­ни­ма­нии ро­ди­те­лей – ему не­об­хо­ди­ма куль­тур­ная сре­да, из ко­то­рой он мог бы чер­пать но­вые впе­чат­ле­ния. И имен­но взрос­лые мо­гут со­здать ее.

Ком­пен­са­ция сла­бос­тей

Си­лу страс­ти, увле­чен­нос­ти ре­бен­ка уче­ник Фрей­да и ос­но­ва­тель ин­ди­ви­ду­аль­ной пси­хо­ло­гии Аль­фред Ад­лер (Alfred Adler) объ­яс­нял не­пре­одо­ли­мым же­ла­ни­ем взрос­ле­ю­щих де­тей спра­вить­ся с чувст­вом собст­вен­ной не­пол­но­цен­нос­ти.

Каж­дый из нас на­чи­на­ет жиз­нен­ный путь в со­сто­я­нии фи­зи­чес­кой и пси­хо­ло­ги­чес­кой за­ви­си­мос­ти от дру­гих лю­дей. Ста­но­вясь стар­ше, мы осо­зна­ем свои спо­соб­нос­ти и не­до­стат­ки.

Не­со­вер­шенст­во пы­та­ем­ся ком­пен­си­ро­вать, бес­соз­на­тель­но со­зда­вая жиз­нен­ный стиль и вы­би­рая спо­со­бы по­ве­де­ния. И до­сти­га­ем опре­де­лен­ной це­ли, будь то же­ла­ние при­спо­со­бить­ся, до­бить­ся со­вер­шенст­ва или обез­опа­сить се­бя.

Ад­лер счи­тал, что каж­дый из нас с са­мо­го ран­не­го воз­рас­та об­ла­да­ет спо­соб­ностью кон­цент­ри­ро­вать вни­ма­ние на сво­их уяз­ви­мых мес­тах и на­хо­дить внут­рен­ние ре­сур­сы, что­бы их ком­пен­си­ро­вать.

Ви­ди­мо, это дейст­ви­тель­но так, если вспом­нить Де­мос­фе­на, за­ику с ти­хим го­ло­сом, ко­то­рый стал вы­да­ю­щим­ся ора­то­ром Древ­ней Гре­ции. Или Ар­ноль­да Швар­це­нег­ге­ра, сла­бо­го бо­лез­нен­но­го ре­бен­ка, ко­то­рый ра­бо­тал над со­бой до тех пор, по­ка не стал тем, ко­го все мы пре­крас­но зна­ем.

Те­о­рия Аль­фре­да Ад­ле­ра разъ­яс­ня­ет этот пси­хо­ло­ги­чес­кий ме­ха­низм, но не объ­яс­ня­ет страст­ной дет­ской увле­чен­нос­ти, внут­рен­не­го зо­ва, ко­то­рый ка­жет­ся чем-то боль­шим, не­же­ли раз­мыш­ле­ния о ком­пен­са­ции ком­плек­са не­пол­но­цен­нос­ти, о «врож­ден­ном» и «при­о­бре­тен­ном».

Оставить комментарий

Adblock detector